!Liz!
Автор:TARINKA
Название:На кого Бог пошлет
Бета:word
Дисклеймер: "Ни на что не претендую", "Герои принадлежат Кишимото"
Предупреждение: ООС, АУ
Рейтинг: NC-17
Пейринг: Саске/Наруто
Жанр: романтика, юмор, яой
Размещение: только с разрешения автора
Статус: в процессе написания



– Узумаки, заседание совета директоров начнется через 15 минут, – недовольно изрек коммутатор.
– Я знаю, – отозвался Наруто, ненавидя говорящий аппарат до горькой тошноты.
– Я сейчас заглядывал в зал и не увидел на столе президента необходимых папок с документами. Все бумаги вам должна была передать моя секретарша еще полчаса назад, чтобы вы их отнесли в конференц-зал.
– Через минуту они будут там лежать. – Наруто состроил коммутатору зверскую рожу, но коммутатор не испугался и невозмутимо добавил:
– Время пошло.
Чертов Учиха! Когда же истекут эти четыре месяца?!
Наруто схватил карандаш, бумагу и взялся лихорадочно рисовать. Минута, десяток резких точных штрихов – и готово. Листок он аккуратно вложил в папку поверх деловых бумаг и уверенным шагом направился в уставленный кактусами конференц-зал, где уже собрались приглашенные.
– …Итак, заседание считаю открытым. – Произнес Учиха деловым тоном. – Повестка всем известна. В ней девять пунктов. Первый пункт, самый важный, ради которого мы все, собственно, здесь собрались, это резкий скачок цен на фондовой бирже. Нас он затрагивает и весьма серьезно, хотя катастрофы, разумеется, случиться не должно. Вот раскладка по нашим акциям…
Саске взялся за папку, на которой было напечатано «Ценные бумаги», раскрыл ее и…
Все 11 членов правления одновременно заметили, как президент сильно поменялся в лице. Чуть-чуть позеленел, у него задергался глаз, и шевельнулись губы, как будто он что-то сказал… ругательное. Глаза взметнулись и устремились поверх голов зала, где на стуле спокойно сидел Узумаки в компании с пятью остальными работниками. Взгляд у президента был убийственный.
Хьюга Неджи прикрыл рот ладонью, будто зевая, но на самом деле пряча многозначительную ухмылочку.
– Э-э… – промямлил президент спустя минуту, которую члены правления провели, изнемогая среди кактусов от любопытства и ужаса – вдруг фирма на грани разорения?
– Простите, в папке оказался лишний документ, который, как я полагал, должен был находиться совсем в другом месте. Это место…
Президент явно бредил. Неджи пытался не засмеяться (громко), остальные переглядывались, ничего не понимая. Один Наруто сидел невозмутимо. Только вот в глазах у него огненные черти выплясывали канкан.
Саске потряс головой, решительно выхватил листок из папки и переложил его в другую. Затем сделал глоток воды из стакана и продолжил свою речь уже более связанными фразами. Из этой речи стало ясно, что компании действительно катастрофа не грозит…
– …И что было в том листочке? – поинтересовался Хьюга, когда заседание завершилось и все разошлись.
Учиха, взъерошенный и хмурый, мрачно взглянул на него.
– Много будешь знать – пристрелю, – пообещал он ласковым голосом.
– Все понял, – поднял руки Неджи и мгновенно испарился из кабинета: кто-кто, а Хьюга отлично знал, что стреляет президент без промаха. Слава Богу, что пока только в личном тире.
Саске сел в кресло и достал запрятанный лист из папки. С листа на него смотрела рожа. Жуткая зверская рожа. Его собственная.
Злобный, остроумный и жестокий шарж. Себя он узнал с первой секунды, хотя все в шарже было карикатурно изменено и искажено самым беспощадным образом. Кроме того, шаржевому Учихе были пририсованы козлиные рога и куцая бородка, а под «портретом» начертана надпись.
«Чур меня!»

День…
Еще один день его каторги медленно-медленно близился к концу. А в четырех месяцах их о-о-ох как много! И тянутся они так медленно. Словно резиновая жвачка, которая давно стала безвкусной, и ее следовало бы выплюнуть в ближайшую урну.
Наруто сидел и сознательно мучился в своем кабинете. Ему даже не хотелось рисовать, что было просто удивительно. Он отводил виноватые глаза от заточенного карандаша. Мысли его кружили вокруг одной единственной фигуры.
Учиха!
Как много сконцентрировалось в этой фамилии! Всего. Там скопилось все самое жуткое, неприятное, злокозненное и непонятное. И еще что-то, что он не смог определить. Но от этого «что-то» его кидало в жар.
Почему он не мстит за шарж? Шарж получился великолепным. Он должен был задеть, поколебать его проволочные нервы. Какое лицо сделалось у босса, когда он его увидел! Зелененькое…
А после Учиха даже словом не обмолвился про его шедевр. Ни вчера, ни сегодня. Только сухие фразы по существу, только деловые распоряжения, только равнодушные глаза и бесстрастный тон босса-сухаря.
Но Наруто знал, как могут сверкать таинственные ониксовые глаза у Учихи Саске. И как он может преображаться, когда… Когда что? Домогается? Совращает? Соблазняет? Искушает? Обольщает?
Наруто задумался. Действительно, как назвать те странные действия президента, которые он в последнее время совершал по отношению к нему?
То, что творил Учиха, следовало назвать циничной игрой-издевательством. Развлечением сильного мира сего.
Саске вращается в небесно-высоких кругах, про жизнь которых Наруто только в книжках читал и иногда пробегал глазами в светской хронике. И он встречается с людьми, стоимость платьев и костюмов которых равняется стоимости квартиры, на которую другие, например, такие как Узумаки, будут копить лет тридцать.
И не накопят.
Наруто закусил губу, на душе кошки скреблись от такой несправедливости. Его жизнь в течение нескольких дней скомкалась, расползлась по швам, как старая изношенная футболка. Узумаки подгонял время, но не знал, что принесет ему каждый новый день. Он теперь ни в чем не был уверен. И главным образом в себе.
Очнутся, от горестных размышлений, ему помог коммутатор:
– Узумаки, вы еще не ушли?
– Нет, – произнес Наруто, и во рту у него сделалось кисло, как будто он проглотил лимон.
– Хорошо. Зайдите сейчас на минутку ко мне, я вам отдам исправленный список лиц, приглашенных на благотворительный вечер. Это на секунду.
Коммутатор стих, а Наруто угрюмо покосился на часы: семь минут до окончания рабочего дня. Неужели Учихе нужно обязательно всучить этот список именно сегодня? До завтрашнего утра бумажка не могла полежать в кабинете? Или президент опасается, что напечатанные фамилии за ночь сползут с листа, как тараканы?
Но Учиха есть Учиха.
Босс.
Его…

Учиха Саске, несмотря на конец рабочего дня, выглядел бодро, свежо и энергично. Великолепно. Он вообще когда-нибудь устает?
– Вот и вы, – констатировал он, когда Наруто со скисшей миной возник на его пороге.
Узумаки безгласно кивнул, подтверждая, что он – это он.
– Сейчас я отдам вам список. – Саске принялся торопливо перебирать бумажки на столе.
Одна, вторая, третья.
– Да где же он? – непонимающе нахмурил брови президент, когда бумажки на столе закончились. – Был же здесь совсем недавно, я на нем пометки еще делал… Ах, да. – Учиха виновато улыбнулся Наруто. – Я просил уточнить мисс Яманако, будет ли Собаку но Гаара на том мероприятии. Список остался у нее. Сейчас я схожу за ним.
Узумаки невольно озадачился. Чтобы забрать список, Учиха вызывает его в кабинет, а чтобы принести его из другого кабинета – бежит за ним сам, причем на верхний этаж.
Нелогично.
Пока Наруто хлопал ресницами, Саске быстро вышел. Снаружи в закрывшейся двери повернулся ключ…
Щелк! Парень не поверил своим ушам. Он кинулся к дверям и с силой дернул за ручку. Заперто… Учиха закрыл его в своем кабинете!
А сам ушел.
Наруто стало нехорошо. Так нехорошо, что холодная испарина появилась на лбу. Ноги подогнулись, и он сполз прямо в мягкое кресло для посетителей. Что задумал его каверзный босс? И сколько он планирует его здесь продержать? Всю ночь? Наруто сделалось еще хуже.
Через пять минут офис покинули самые торопящиеся сотрудники. Через двадцать – основная часть работников. Становилось тихо.
Может быть, позвонить на пульт охраны? Сказать, так и так, президент издательского союза «Hitachi» замуровал собственного помощника в кабинете. Спасайте, братцы!
Наруто покосился на телефон. Надо звонить! Он поднял трубку. Телефон не работал. Ни внутренний, ни городской. Молчал и вредный коммутатор, и сотовый президента нигде не виднелся, хотя всегда на столе валяется…
У Узумаки вырвался нервный смешок. Руки затряслись и заледенели. В самом деле, замурован. Тогда придется кричать. Кто-нибудь да услышит его.
И что? Подойдут к двери и ехидно поинтересуются, что он делает в кабинете президента вечером, когда рабочий день уже завершился? Ведь ему никто не поверит, что Учиха нарочно запер его. Все заранее спланировал и не оставил ему ни единого шанса на спасение.
Кстати, где он сам?
Через сорок минут офис покинули чересчур ответственные работники, еще через двадцать минут – самые заработавшиеся.
Здание опустело.
И когда стало абсолютно тихо на всех этажах, в двери повернулся ключ…

Учиха Саске вошел в кабинет и опять запер дверь – на этот раз изнутри.
– Зачем вы это сделали? – спросил Наруто, наблюдая, как он убирает ключ в карман.
– Это я еще не сделал, – косо усмехнулся Саске, устремляя на него глаза-ониксы, в которых совсем не было света. Ни одного светлого блика!
Тут Наруто испугался по-настоящему. Он как будто видел сейчас перед собой абсолютно незнакомого человека. Благообразный небожитель Учиха Саске куда-то исчез. Напротив него стоял варвар из дикого племени, на которого по недоразумению нацепили дорогой костюм. Этот костюм даже не шел ему. Он ему мешал…
Словно подслушав его мысли, Саске потянулся к галстуку и, ослабив узел, снял его через голову. Затем скинул пиджак, расстегнул пуговицы на рубашке.
Горло у Наруто перехватило. Сердце оборвалось, упало в бездну и разбилось в лепешку. Он медленно попятился, не отрывая взгляда от преобразившегося босса, лицо которого не предвещало ничего хорошего. Сделав еще один шаг назад, Наруто наткнулся на стол президента.
– Конечная остановка, – констатировал Учиха странным голосом, каким-то хрипло низким, завораживающим.
Он устремился к обмершему парню. Наруто нашел в себе силы сдвинуться с места и обежать большой стол. Замер на противоположной стороне. Учиха усмехнулся, оперся на столешницу и взглянул в его побелевшее лицо, на котором остались одни синие глаза.
– А вы очень шустрый, Узумаки, – прохрипел он, раздвигая губы в хищной усмешке. – Однако гонки вокруг стола – занятие бессмысленное. Вам лучше смириться сразу. Сэкономите массу сил и нервов.
– Что вы собираетесь делать? – Наруто и сам понимал, что беготня вокруг стола только раззадорит Учиху, который сейчас как никогда смахивал на охотящуюся пантеру.
– Вам рассказать подробно? – продолжал усмехаться Саске, но глаза у него не смеялись. Они шарили по его телу и легко проникали под ткань одежды. – Пункт за пунктом?
Наруто замотал головой, то ли отвечая, то ли возражая. Учиха начал медленно огибать стол, и парень опять сорвался с места.
– Я буду кричать, – как-то неуверенно предупредил Наруто.
– Кричите, – пожал плечами Саске, облизнув губы. – Мне все равно.
Наруто и сам видел, что ему все равно. По его матовым глазам.
– Почему вы хотите меня изнасиловать? – проговорил он, едва переводя дыхание: легкие не пускали воздух извне.
– Какой странный вопрос, Узумаки. Ответ заложен уже в нем самом. Потому, что хочу.
Саске сделал стремительное движение. Наруто в этот раз не успел быстро отскочить, и сильные руки сомкнулись вокруг его талии, сжали так, что при всем своем желании он не смог бы вырваться.
– Я вас хочу, и я вас получу, а вы – получите сегодня то, что заслуживаете. За все свои гадости сразу. – Саске, запустив руку в волосы парня, откинул его голову, впиваясь в шею алчущими губами.
От этого поцелуя Наруто даже застонал. Он выгнулся, пытаясь вывернуться из сжимающего кольца рук. Однако Учиха притиснул его к стене всем своим телом и продолжил начатое. С удвоенной силой и сладострастной яростью.
Откуда в благовоспитанном, блестяще образованном, жутко культурном и до чертиков светском Учихе взялось столько первобытных инстинктов? Они, подавляемые, видимо, накапливались годами, утрамбовывались манерами и воспитанием, но вот сегодня Учиху прорвало. Карикатуры послужили своего рода катализатором тех диких инстинктов, которые ныне устремились наружу.
Наруто, прижатый к стене горячим мощным телом, множественно покаялся перед всеми известными ему богами за свои пакостные карикатуры и поклялся, что больше никогда и ни за что, ни за какие деньги не нарисует ни одной. На Учиху.
Только бы он его сейчас отпустил. Однако надежды почти не осталось. Губы Учихи уже ласкали его приоткрывшийся рот, а руки расстегивали пуговицы на рубашке.
В мозгу металлическим колокольчиком билась лишь одна мысль: «Надо что-то делать. И немедленно!»
Он так просто не сдастся. Проклятому Учихе он не достанется. Без боя.
Наруто снова выгнулся и сомкнул зубы. Саске выразительно выругался и слегка ослабил нажим. Этого Узумаки хватило, чтобы вывернуться и вновь очутиться далеко от него. Он видел, как Учиха слизнул выступившую кровь на губе и опасно сощурил глаза. Страх его постепенно трансформировался в настоящий ужас. Сердце превратилось в пульсирующий сгусток желе.
– Это глупо, Узумаки. – Насколько иначе сейчас звучал голос укушенного президента. Слова падали, словно свинцовые капли, с тем же гулким звуком. Кажется, Учиха перебывал в бешенстве.
– Вы и в самом деле собираетесь изнасиловать меня здесь? – вдруг спросил Наруто.
– А вам не нравится этот кабинет? – усмехнулся Саске и оглянулся по сторонам. – По-моему, тут очень даже уютно, расцветка у обоев очень красивая, да и жалюзи чрезвычайно оригинальны. – Он шутовски взмахнул руками. – Но мы можем пройти в конференц-зал. Там прохладнее.
– Пойдемте. – Наруто оглянулся на дверь.

Саске, казалось бы, не ожидал подобной реакции и этих слов и ничего не ответил. Наступила непроницаемая тишина. Учиха всматривался в искаженное лицо парня, пытаясь понять, что происходит в золотоволосой голове его обожаемого помощника. У которого сегодня нет ни единого шанса.
Наруто первым сделал шаг к дверям. Саске, как тень, немедленно последовал за ним. Он взял его за руку, чуть выше локтя, жестко привлекая к себе. Его сердце бешено стучало совсем рядом. Не выпуская желанную добычу из рук, он отпер дверь и направился по коридору к поблескивающим неподалеку зеркальным дверям зала.
Узумаки, затаив дыхание, ждал удобного момента. Покорно следовал за обезумевшим боссом, не совершая резких движений. И момент наступил, когда Учиха замешкался с кодовым замком конференц-зала. Наруто рванулся, выскользнул и понесся по пустому не освещенному коридору.
Мимо мелькали запертые двери. Ни в одну ему не войти. Оставалась только лестница, чтобы сбежать вниз к охране, минуя несколько этажей и сотню ступеней.
До лестницы он добежал. Успел глотнуть пыльного лестничного духа. И только. Настигнувший его Учиха круто опрокинул Узумаки назад, подхватывая на руки. Пальцы Наруто беспомощно соскользнули с гладких перил, не успев в них вцепиться.
Он уже было хотел сказать все, что думает об Учихе, но тот запечатал его уста безжалостным поцелуем, способным вытянуть душу. И Наруто закрыл глаза.
Он упал с высоты на серебристую прохладную кожу. Голова Наруто откинулась на кожаные диванные подушки, и разметавшиеся волосы заструились по ним струящимся потоком. Он не сопротивлялся, а Саске больше ничего не говорил. Его руки вдруг сделались нежными-нежными. Они больше не стремились пленить, удержать, смирить – они жаждали ласкать, познавать покорившуюся плоть на ощупь.
От шелковистой кожи исходил волнующийся аромат, опьяняющий, особый, и такой приятный. Едва вдохнув его, Учиха понял, что окончательно сошел с ума. В мозгу в один миг случилась необратимая, роковая, биохимическая реакция, которая изменила в его сознании все. Мир вдруг стал походить на радуги.
Наруто не открывал глаз, ощущая, как чужие губы осторожно целуют его подрагивающие веки, затем виски, касаются напряженных скул.
Перед его глазами открывалась иная вселенная. В которой его любили… И в эту счастливую вселенную попасть, оказывается, совсем легко: только и надо, что пасть на кожаный диван и не пытаться бороться. С собой.
Губы у него дрогнули, дрожащая тень улыбки скользнула по ним, задержалась на уголках и пропала. Исступленные мужские уста тут же накрыли эти губы, втягивая в очередной безумный, страстный и такой желанный поцелуй.
– Еще не поздно… – в измененное сознание Наруто неожиданно вторгся голос.
Он распахнул глаза, чтобы взмыть и опрокинуться в сияющий мрак ониксовых очей.
– Поздно, – восторженно падая, прошептал он и протянул руку, осторожно дотрагиваясь до лица Учихи.
Словно вдалеке послышался щекочущий смех, и губы Саске сделались пламенно-беспощадными. Руки нежно заскользили вдоль стройного тела, заставляя Наруто выгнуться и сильнее прижаться к разгоряченному телу партнера. С его губ сорвался протяжный стон. Руки вцепились в плечи Учихи, слегка царапая гладкую кожу. По телу Саске прошлась сладкая судорога. Еще. Он хочет услышать еще. Громче.
Пальцы Наруто запутались в волосах Учихи, притягивая его ближе. Желание снова ощутить эти губы на своих устах стало просто невозможно сдерживать. И снова обжигающие поцелуи и нежная ласка, от которой кружилась голова, а с губ срывались так долго сдерживаемые стоны.
От всех этих приятных ощущений Наруто не заметил, как остался без одежды. Чем и воспользовался Учиха. Он осторожно поглаживал бедра партнера, губами прокладывая мокрую дорожку чередуя поцелуи с легкими укусами. От чего Наруто то всхлипывал, то стонал, выгибаясь навстречу ласке. Вот губы Саске прикусили бешено бьющеюся жилку на шее партнера, заставляя его вскрикнуть, а затем, словно извиняясь, он прошелся языком, посасывая место укуса, где тут же расцвел багровый засос. А вот эти же губы уже накрыли сосок Наруто, от чего он с силой вцепился в обивку дивана. Ниже. Язык обводит впадинку пупка. Еще ниже. Губами Саске накрывает возбужденную плоть, посасывает головку, проводит языком по всей длине. Он не давал Наруто возможности ни вздохнуть, ни опомниться. Если поначалу Узумаки и пытался сохранить остатки разума, то сейчас это было просто бесполезно. Наруто вздрогнул, почувствовав как один, а затем и второй пальцы проникли внутрь и стали его растягивать, даря непонятные, смешанные ощущения боли и наслаждения. Он не заметил, как сам стал насаживаться на пальцы Учихи, в надежде получить нечто большое.
– Будет немного больно, – прошептал Саске в приоткрывшиеся губы.
В ответ Наруто только сильнее прижался к Учихе, показывая этим, что полностью доверяет ему. Саске осторожно толкнулся вперед, полностью входя в желанное тело. Боже, за сегодняшний день он много раз представлял себе, как это будет происходить, но реальность оказалась куда лучше всех его мечтаний. Саске снова наклонился к лицу Узумаки, заглушая болезненные стоны поцелуями.
В конце концов, неприятные ощущения стали проходить и Наруто стал чувствовать, как с каждым толчком ощущает все большое наслаждение, как огонь возбуждения волнами проходит по его телу. Движения стали усиливаться, от чего крики и стоны Наруто становились все громче.
– Я не могу… больше… – с трудом простонал он, отчаянно глотая воздух.
– Вместе… Наруто… – прохрипел Саске, тоже уже не имея возможности больше сдерживаться.
– Ааа… – выкрикнул Узумаки, достигнув своего апогея, услышав, как с губ Учихи сорвалось его имя.
Последние, что запомнил Наруто, прежде чем погрузиться в блаженную тьму, так это губы Саске на своих и то, как он осторожно убирает намокшие пряди с его лба.

@темы: На кого Бог пошлет